Легенда третья: Николай Долгоруков

Книжные памятники. Отдел редких книг ЧОУНБ

 

На страницах нашего портала мы открываем новую рубрику «Легендарика», посвященную выявлению, изучению и реконструкции интересных книжных находок в фонде отдела редких книг Челябинской ОУНБ, где бережно хранится более 13000 экз., распределенных в 23 коллекции.

*** 

Работа с фондом редких книг сродни увлекательному интеллектуальному сериалу, где все начинается с какой-нибудь книжной загадки-головоломки (будь то знак первого или последнего владельца, дарственная надпись, помета и др.), а заканчивается удачной разгадкой, позволяющей восстановить судьбу конкретного редкого издания, его бытование в конкретной культурно-исторической ситуации.

Так, в ходе этих поисков появляются из небытия первые владельцы книжной редкости, о которых ранее мало что было известно, а книга обретает свою легенду, подтвержденную книговедческими, библиографическими и историческими изысканиями.

Легенда третья,

в которой говорится о том, что в Челябинской ОУНБ выявлен экземпляр прижизненного издания сочинений французского литератора А.-В. Арно (1766–1834), который читал потомок XXIX колена от Рюрика – князь Николай Александрович Долгоруков (1810–1873)

 

Легенда третья, в которой говорится о том, что в Челябинской ОУНБ выявлен экземпляр прижизненного издания сочинений французского литератора А.-В. Арно  (1766–1834), который читал потомок XXIX колена от Рюрика – князь Николай Александрович Долгоруков (1810–1873)В процессе изучения книг из коллекции иностранных изданий XVIII–XX вв. было выявлено два прижизненных издания популярного французского автора конца XVIII – первой половины XIX вв. – Антуана-Венсана Арно (Antoine Vincent Arnault, 1766–1834). [1]

Это был знаменитый человек своего времени: драматург, поэт, баснописец, бригадный генерал империи, государственный деятель Франции, один из сподвижников и соратников императора Наполеона Бонапарта и, наконец, автор известного стихотворения «Листок». Его произведения переводились на все европейские языки. Стихотворение «Листок» переводили на русский В. А. Жуковский, В. Л. Пушкин, Д. В. Давыдов.

А. С. Пушкин писал в статье «Французская академия»: «Участь этого маленького стихотворения замечательна. [Тадеуш] Костюшко перед своей смертью повторил его на берегу Женевского озера; Александр Испиланти перевел его на греческий язык...». Арно, узнав о переводе «Листка», сделанном Д. В. Давыдовым, написал четверостишие, начало которого А. С. Пушкин использовал в послании Давыдову («Тебе, певцу, тебе, герою!», 1836). Пушкин перевел стихотворение А.-В. Арно «Уединение» (1819). В цитировавшейся статье, которая посвящена замещению О.-Э. Скрибом академического кресла после смерти Арно, Пушкин подводит итог своего отношения к поэту: «Арно сочинил несколько трагедий, которые в свое время имели большой успех, а ныне совсем забыты. (...) Две или три басни, остроумные и грациозные, дают покойнику более права на титло поэта, нежели все его драматические творения». [2]

Пушкин использовал первую строку из процитированного им четверостишия Арно в своём собственном послании Денису Давыдову («Тебе, певцу, тебе, герою!..»).

В первом томе «Произведений» А.-В. Арно (1824), имеющемся в фонде ЧОУНБ, опубликована пьеса «Мариус в Минтурне» (1791), которая принесла автору большой успех и сделала его одним из самых популярных драматургов эпохи Французской революции и Первой империи. В состав первого тома вошли и популярные героические драмы и трагедии («Оскар, сын Оссиана», «Сципион-консул» и др.) Драматургия Арно соответствовала жанровым канонам классицизма. Главные роли в его пьесах обычно играл крупнейший трагик наполеоновской эпохи Ф. Ж. Тальма (1763–1826). [3]

«Произведения» А.-В. Арно напечатаны французским издателем Мартином Боссажем (1765–1865), книготорговцем и пионером международной книжной торговли, чьи представительства были в Гаити, Англии, Мадриде, Неаполе и Лейпциге. В 1792 г. М. Боссаж создал ассоциацию библиотек. В 1837 г. сыновья М. Боссажа продали акции издательства Ф. А. Брокгаузу.

Как и многие писатели того времени, Арно занимался и политической деятельностью; в 1797 г. генерал Бонапарт поручил ему управление Ионическими островами. Впоследствии Арно оставался верен Наполеону всю его карьеру. В 1803 г. Арно был избран во Французскую академию, но после изгнания в 1816 г. его исключают из этого учреждения. В 1809 г. возведен в дворяне Империи, во времена «Ста дней» (1815) был министром народного образования Франции. После падения императора вынужден покинуть Францию (1816), когда его трагедия «Германик» вызвала политические волнения среди публики. В 1819 г. смог вернуться на родину.

Наполеон Бонапарт в своем завещании определил: «Арно, автору "Мариуса"» сто тысяч франков.

В 1822 г., почти через год после смерти Наполеона Бонапарта на острове Св. Елены, его соратник и преданный последователь А.-В. Арно на свои средства издает малым тиражом первый том «Военная карьера и знаменитые битвы Императора Наполеона». Это издание сопровождается семьюдесятью потрясающе красивыми гравюрами, где запечатлены походы и битвы Наполеона.

После выпуска первого тома эта книга-альбом разошлась среди сторонников и последователей Императора Наполеона с молниеносной быстротой.

В 1829 г. вернувшийся во Францию Арно был вновь избран в Академию. За год до смерти стал непременным секретарем Академии, в том же году вышли его мемуары «Воспоминания шестидесятилетнего».

Известно, что часть книг покупалась русской аристократией и перевозилась в Российскую Империю. После войны с Францией русское дворянство всецело попало под шарм французской моды. Из Парижа выписывались: фарфор, книги, картины и даже гувернантки, которые должны были обучать молодых дворян французскому языку, что впоследствии привело к тому, что русские аристократы знали иностранный язык зачастую лучше, чем свой собственный.

Именно в это время собрание сочинений А.-В. Арно обрели своего русского владельца – князя Н. А. Долгорукова. Его позволил установить сохранившийся книжный знак на форзаце и ряд косвенных признаков (владельческий переплет, служебные отметки второй половины XIX – первой трети XX вв.). В процессе атрибуции книжного знака, изучения литературы по отечественным экслибрисам и других исторических материалов удалось установить первого владельца книги.

Сборник прижизненных произведений А.-В. Арно принадлежал князю Николаю Александровичу Долгорукому (1810–1873). Книжный знак этого владельца много десятилетий не был полностью атрибутирован: указывался только как знак князя Долгорукова.

Лишь 1 сентября 1926 г. В. К. Лукомский в сенсационном сообщении «Об одной из загадок в области экслибриса» убедительно доказал, что четырехугольный литографированный книжный знак с надписью «Un livre | est un ami | qui ne change | jamais» (книги – лучший друг человека), окруженный дубовой и лавровой ветвями, между которыми помещен орденский крест, под венком – герб князей Долгоруковых на мантии с княжеской короной, принадлежит небезызвестному библиофилу Н. А. Долгорукову.

Также В. К. Лукомский определил, что данный книжный знак был заимствован «с мало известного русским собирателям, но весьма распространенного за границей экслибриса выдающегося библиофила Рене-Шарль Гильбер де Пиксерекура (René-Charles Guilbert de Pixerécourt`a (1773–1844)) [4], обладавшего великолепным собранием книжных редкостей, распроданных с аукциона в Париже в 1839 г.». [5]

В отечественной истории экслибриса было двойное заимствование книжного знака де Пиксерекура. Одновременно с князем Н. А. Долгоруковым его использовал в своем экслибрисе граф Юлий Иванович Стенбок (1812–1878).

Книжный знак, имеющийся на книге из фонда нашей библиотеки, описан В. К. Лукомским, У. Г. Иваском, В. А. Верещагиным и С. И. Богомоловым. [6]

Все исследователи книжных знаков допустили разные погрешности в установлении владельца экслибриса. Так У. Г. Иваск не вполне атрибутировал собирателя, называя его только «князем Долгоруковым» без имени и даже инициалов. Наиболее четко и подробно указал сведения и о книжном знаке, и о его владельце С. И. Богомолов, при этом отмечено, что экслибрис в двойной линейной рамке размером 56х41 мм выполнен в технике литографии на мелованной бумаге (данное описание полностью соответствует экземпляру ЧОУНБ).

Главная неточность произошла в указании биографических сведений о владельце книжного знака. В. К. Лукомский впервые назвал имя владельца: «Экслибрис принадлежал, несомненно, небезызвестному библиофилу кн. Николаю Александровичу Долгорукову (1811–1873), сыну кн. А. П. Долгорукова и жены его Анастасии Алексеевны, урожд. гр. Шереметевой (1784–1823)». [7]

В отечественной литературе по истории книжных знаков произошло отождествление «библиофила» из поколенных росписей и владельца описанных библиотеки и экслибриса: Николая Александровича Долгорукова с Николаем Андреевичем Долгоруковым (1794–1847) – генералом от кавалерии, губернатором Виленской, Гродненской и Белостоцской губерний.

Ошибку другого рода допустил литературовед, библиограф и книговед Э. Э. Найдич: в 1928 г. он обнаружил копию неизданного очерка М. Ю. Лермонтова «Кавказец», где упоминался князь Николай Александрович Долгоруков (1833–1873)– доктор медицины, действительный статский советник, предводитель дворянства Полтавской губернии. Этот полный тезка нашего библиофила – любимый внук А. Я. Булгакова, сын князя А. С. Долгорукова и старшей дочери Булгакова Ольги Александровны. Окончил медицинский факультет Московского университета. Как военный врач князь Долгоруков принимал участие в Крымской войне и обороне Севастополя.

Примечательно, что другие литературоведы (М. Я. Цявловский и Л. А. Черейский) ошибок подобного рода не допускали.

Так, Л. А. Черейский указывал: «Долгоруков Николай Александрович, князь (ок. 1811–17 XII 1873) – воспитанник Царскосельского лицейского пансиона (вып. 1829) [8], камер-юнкер. М. П. Погодин рекомендовал П. И. Бартеневу «узнать от Долгорукова, что женат на <Зинаиде Николаевне> Шатиловой», «о первых годах литературной деятельности Пушкина». По словам Я. К. Грота, Долгоруков – «большой любитель иностранных литератур», владелец прекрасной библиотеки». [9]

Легенда третья, в которой говорится о том, что в Челябинской ОУНБ выявлен экземпляр прижизненного издания сочинений французского литератора А.-В. Арно  (1766–1834), который читал потомок XXIX колена от Рюрика – князь Николай Александрович Долгоруков (1810–1873)

Более подробные сведения приводит М. Я. Цявловский: «Кн. Ник. Алдр. Долгоруков (1811 (?) – 1873) учился в Царскосельском Лицейском пансионе, который окончил в 1829 г. Товарищем его по пансиону, а потом сослуживцем в канцелярии комитета министров, был Я. К. Грот, который в своей автобиографии пишет, что Долгоруков „был большой любитель иностранных литератур, имел прекрасную библиотеку и беспрестанно приносил с собой книжные новинки на французском, английском и итальянском языке". Жил Долгоруков в Петербурге, в доме гр. Шереметевых (его мать была рожд. гр. Шереметева), и его хорошо знал гр. С. Д. Шереметев, так же, как и Грот, говорящий о любви кн. Долгорукова к литературе: "Он был человек образованный, много читавший и большой библиофил. Он собрал прекрасную библиотеку и говорил на семи языках, был большой чудак, но добрый человек"… Женат был кн. Н. А. Долгоруков на Зинаиде Николаевне Шатиловой». [10]

В архивных документах говорится, что князь Николай Александрович и его жена Зинаида Николаевна (1817–1883) были помещиками Владимирской, Костромской, Московской и Орловской губерний. [11]

После открытия В. К. Лукомского на 80 лет тема атрибуции книжного знака князя Н. А. Долгорукова перестала кого-либо интересовать.

Вплоть до 2006 г. в отечественной литературе о князе Николае Александровиче Долгорукове была некая путаница, создавшая «кентавра», совместившего биографические сведения двух полных тезок.

Уже в XXI столетии экслибрисом княжеской библиотеки занялась И. Г. Кукарцева. Она обратилась к личному архивному фонду князя Н. А. Долгорукова, хранящемуся в Российской национальной библиотеке. И. Г. Кукурцева обнаружила реестр библиотеки князя Н. А. Долгрукова, но «по недостатку времени, ограничилась лишь самым беглым обзором, сообщив, что библиотека к концу 1867 года насчитывала более 1400 наименований книг (1391 по каталогу и 25 приобретённых в 1867 г.), многие из которых были многотомными, и оценив общее количество томов примерно в 3000 (и недооценив объем библиотеки при этом более чем в 1,5 раза)». [12]

В 2007 г. исследователь М. О. Мельцин убедительно привел точные данные о князе Н. А. Долгорукове. Историк выявил, что «князь родился 1 декабря 1810 года (см. запись со ссылкой на метрическое свидетельство Московской духовной консистории // РГИА. Ф. 1343 (Департамент Герольдии Правительствующего Сената), оп. 51, д. 321, л. 13 /‹Дворянская› Родословная книга Московской губернии 1832–1833 гг., ч. IV, V/)». [13]

Суммируем все уточненные сведения о первом владельце прижизненного издания А.-В. Арно, выявленном в фонде ЧОУНБ.

Первым владельцем челябинского экземпляра был князь Николай Александрович Долгоруков (1810–1893) – воспитанник лицейского благородного пансиона, действительный статский советник, библиофил и полиглот (говорил на семи языках). Его товарищем по пансиону, а потом и сослуживцем в канцелярии комитета министров был Я. К. Грот (1812–1893) – филолог и историк, академик (1855) Петербургской академии наук (1855), председатель Отделения русского языка и словесности Академии наук (1884–1893), вице-президент Академии наук (1889–1893), действительный тайный советник.

Князь Николай Александрович Долгоруков составил прекрасную библиотеку, много ценных и роскошных изданий имелось особенно в разделах английской и французской литературы.

В 1879 г. его книжное собрание перешло к графу А. Д. Шереметеву (1859–1931) – генерал-майору свиты императора Александра III, адъютанту великого князя Владимира Александровича, начальнику Придворной певческой капеллы. В 1918–1919 гг. его библиотека поступила в Государственный книжный фонд (этот штамп имеется на т. 2 произведений Арно).

В фонд главной библиотеки Челябинской области книга поступила в октябре 1961 г., где она бережно хранится, изучается специалистами отдела редких книг и доступна всем исследователям творчества А.-В. Арно и книжной культуры того времени.

Долгоруковы – одна из самых знатный русских фамилий, княжеский род, ветвь князей Черниговских. Родоначальник – старший сын князя Андрея Константиновича Оболенского князь Иван Андреевич (17-е колено от Рюрика), получивший прозвище Долгорукой (Долгорукий). Его сын, князь Владимир Иванович, живший в конце ХV в., имел 7 сыновей, четверо из которых стали родоначальниками четырех ветвей рода.

Род внесен в V часть дворянских родословных книг Владимирской, Московской, Подольской, Полтавской, Санкт-Петербургской, Симбирской, Тульской и Черниговской губерний, а также в дворянские матрикулы Лифляндской и Эстляндской губерний.

Книга и ее владелец не могут существовать изолированно. Именно книжный знак является ценным историческим источником, с помощью которого представляется возможным определить вопросы бытования конкретного редкого экземпляра, а также реконструировать судьбу книжного собрания известной исторической личности. 

Юлия Яхнина, зав. отделом редких книг

Легенда 3. Книги из собрания князя Н. А. Долгорукова. Автор Татьяна Шапкина
 


[1] Oeuvres de A. V. Arnault. Paris :   Bossange, 182427. В фонде Челябинской ОУНБ имеются т. 1, 2. Оба тома ранее принадлежали одному владельцу – князю Н. А. Долгорукову (1818–1873). Об этом свидетельствует однотипный владельческий полукожаный переплет, наличие книжного знака на форзаце (в т. 1 знак сохранился, в т. 2. – удален), служебные отметки, обозначающие местоположение книги в шкафу и на полке. Все особенности челябинских экземпляров показаны в видеоролике.

[2] Оксман Ю. Сюжеты Пушкина // Пушкин и его современники. П., 1917. С. 76, 87 ; Луков В. А. Пушкин: русская «всемирность» // Знание. Понимание. Умение. 2007. № 2. С. 69–70.

[3] Тальма Франсуа Жозеф (1763–1826) – знаменитый французский драматический актер, реформатор театрального костюма и грима; во время Революции активно участвовал в общественной жизни, содействовал продвижению на сцену нового репертуара.

[4] Рене-Шарль Гильбер де Пиксерекур (1733–1844) – французский драматург, театральный деятель, библиофил. Создатель жанра мещанской (или бульварной) мелодрамы, помимо бытовых мелодрам писал также исторические и героические мелодрамы, водевили, феерии.

[5] Труды Ленинградского общества экслибрисистов : в [XIII вып.]. Вып. IX–X. Ленинград, 1927. С. 40–41.

[6] Иваск У. Г. Описание русских книжных знаков (Экслибрис). Вып. 2.  Москва, 1910.  С. 53. Рис. 31; Верещагин В. А. Русский книжный знак. Санкт-Петербург, 1902. С. 19. Рис. 25; Богомолов С. И. Российский книжный знак, 1700–1918 / С. И. Богомолов. Изд. 2-е, испр. и доп. Москва, 2010. С. 272, [№] 5025.

[7] Труды Ленинградского общества экслибрисистов : в [XIII вып.]. Вып. IX–X. Ленинград, 1927. С. 40.

[8] Лицейский Благородный пансион создан для устроения «в нем рассадника собственно для Царскосельского лицея» (открыт в 1814 г., закрыт в 1829 г. после посещения императором Николаем I,  недовольным состоянием пансиона.

[9] Черейский Л. А. Долгоруков Н. А. // Черейский Л. А. Пушкин и его окружение. 2-е изд., доп. и перераб. Ленинград, 1989. С. 143.

[10] Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851–1860 гг. / Вступ. ст. и примеч. М. Цявловского. Ленинград, 1925. С. 88.

[11] РНБ, ф. 258, 6 переплетов, 1716-1861; ГИМ, ф. 237, 27 ед. хр., 1833-1877; http://portal.rusarchives.ru/guide/lf_ussr/des_dol.shtml

[12] Мельцын М. Каталог библиотеки князя Н. А. Долгорукова как исторический источник // «… И календарь осьмого года…» : Материалы науч.-практ. чтений «Библиотека в усадьбе» (24 – 28 апр. 2013 г.) и науч. конф. «Музей. Реставратор, Реставрация» (17 – 19 июля 2013 г.) : [сб. ст.]. Сельцо Михайловское, 2013. С. 127.

[13] Мельцын М. Каталог библиотеки князя Н. А. Долгорукова как исторический источник // «… И календарь осьмого года…» : Материалы науч.-практ. чтений «Библиотека в усадьбе» (24 – 28 апр. 2013 г.) и науч. конф. «Музей. Реставратор, Реставрация» (17 – 19 июля 2013 г.) : [сб. ст.]. Сельцо Михайловское, 2013. С. 126; Мельцын М. О. Петербургский библиофил князь Николай Александрович Долгоруков и его полный тезка из той же фамилии: к проблеме разграничения биографических фактов // Печать и слово Санкт-Петербурга (Петербургские чтения–2007): Сборник научных трудов. Санкт-Петербург, 2008. С. 271–280.

 

03.02.2016 

Наверх